БОЕВАЯ НАРОДНАЯ СИЛА | Заметки публициста – старшего референта по особым поручениям пресс-службы Следственного комитета при МВД России А. Тарасова
журнал СЕНАТОР
журнал СЕНАТОР

БОЕВАЯ НАРОДНАЯ СИЛА


 

 

АЛЕКСАНДР ТАРАСОВ,
старший референт по особым поручениям пресс-службы
Следственного комитета при МВД России.

АЛЕКСАНДР ТАРАСОВ, День Победы, журнал Сенатор, МТК Вечная Память

Поступив на службу в органы внутренних дел, Сергей Иванович Солнцев хорошо понимал, что легкой судьбы у него, совершенно точно, не будет. Зато он знал и другое. Знал, что в этой трудной работе он сполна сможет проявить себя, так как очень хотел быть надежной опорой для земляков и защищать их от любых уголовных поползновений преступников.


 

ПОСЛЕДНИЙ БОЙ ГЕРОЯ

      Как и на раменской текстильной фабрике «Красное знамя», где Сергей Иванович прошел путь от прядильщика до поста заместителя директора предприятия, заладились дела у новичка и на правоохранительном поприще. В мирную пору Солнцев выдвинулся до поста заместителя начальника Истринского районного отдела Управления НКВД по Москве и Московской области, а в самом начале войны был назначен на должность руководителя аналогичного подразделения в Рузе.

     С приближением фронта в районе закипела работа по созданию истребительного отряда для борьбы с вражескими парашютистами, диверсантами и лазутчиками при непосредственном участии начальника Рузского райотдела УНКВД Сергея Солнцева. Руководством района заблаговременно проводились, с соблюдением всех возможных мер конспирации, подготовительные работы по созданию подполья и партизанской базы.

     С учетом того что по Рузскому району тянулась с запада на восток шоссейная автомагистраль, было принято решение о заложении партизанского базового расположения в стороне от нее, куда противнику не так-то просто будет подобраться. Такое труднодоступное место, где меньше всего было возможно появление тяжелой техники неприятеля, нашли на северо-востоке района – у озера Глубокое, окруженного лесами и болотами.

     Обеспечивая подготовку засекреченной партизанской базы, начальник районного отдела УНКВД Солнцев и его подчиненные задумались, как сохранить в тайне заготовку продовольствия, одежды и снаряжения. Обсудив различные варианты, рузские работники подразделения НКВД пришли к выводу, что самый простой способ – это собирать продукты и вещи открыто. Хозяйственникам же было объяснено, что все это будет передано будто бы истребительному отряду, действовавшему уже в районе. Но все собранное, конечно же, было укрыто в районе озера Глубокое.

     Там под видом торфоразработок небольшой коллектив и выполнил негласную основную работу: числившийся директором доверенный человек и его надежные помощники подготовили к приему партизан основательную базу. Некоторые из этих людей затем и были зачислены в отряд, а кто-то и в действующую армию ушел сражаться с немецко-фашистскими захватчиками.

     Части 5-й армии генерала Леонида Александровича Говорова (в июне 1944 года он стал Маршалом Советского Союза) затормозили наступление оккупантов как раз на территории Рузского района, и в конце октября 41-го здесь разгорелись ожесточенные схватки. Кровопролитная борьба развернулась за поселок Дорохово, который несколько раз удавалось отвоевывать у захватчиков советским воинам, жарко было и в других населенных пунктах района, в том числе и в Тучкове.

     Сложившаяся обстановка требовала, чтобы в первоначальный план были внесены коррективы по структуре партизанского формирования района. Поскольку этим бойцам-добровольцам пришлось действовать фактически поблизости от линии боевых действий, а не в глубоком тылу врага, то по местам базовых дислокаций создали два отряда – Рузский и Тучковский. Единое руководство партизанами оставил за собой райком, координировавший их действия и определявший обоим отрядам новые боевые задачи.

     Даже отлично знавшим родной район партизанам крайне сложно было перемещаться у населенных пунктов, оказавшихся под контролем оккупантов. Не смогла уберечься от потерь боевая группа Тетерина-Белобородова, которая в течение пяти дней пробиралась к назначенному месту сбора отряда.

     Не сумев перейти через дорогу Руза – Ново-Петровское, пятнадцать усталых и голодных бойцов по раскисшей от осеннего дождя земле пошли в деревню Ордино. По сведениям партизан, там не должно было быть немцев. Однако какой-то гитлеровский холуй навел на отдыхавших партизан большую карательную команду, и они приняли неравный бой.

     Насмерть был сражен комиссар группы Тетерин, прикрывавший отход своих бойцов. В яростной стычке с карателями погибли еще двое партизан – Жуков и Патрикеев, которые проявили такую же боевую самоотверженность, как и отважный комиссар группы Тетерин.

     Став комиссаром Рузского партизанского отряда, офицер госбезопасности Сергей Солнцев считал одной из основных своих задач повседневную заботу о бойцах. Немало раздумывал комиссар и над тем, как обезопасить партизанские маршруты. Правда, сделать это было весьма проблематично, так как, по сути, главной задачей для отряда был сбор разведданных.

     Секретарь райкома партии Ткачев, который постоянно находился в этом отряде и руководил подпольщиками района, уже после освобождения Рузы от немецко-фашистских захватчиков рассказал о взаимодействии партизанских формирований с частями Красной Армии. Как сообщил возглавлявший местное подполье Ткачев, деятельность всех партизанских групп координировал районный штаб, в состав которого входил и Солнцев – руководитель разведки.

     Свою боевую работу партизаны, по словам Ткачева, строго увязывали с задачами, которые выполняли части Красной Армии. У партизан, по оценке руководителя районного подполья, до семидесяти процентов боевого времени занимал разведывательный труд, так как линия фронта проходила в зоне деятельности отряда, а советское командование все время нуждалось в свежих сведениях о неприятеле.

     Подтянутый офицер в форме с двумя кубиками в петлицах, Солнцев успевал и добытые новые разведданные обобщить, и все отрядные дела выполнить, а еще находил время и с местными жителями побеседовать, обнадежить их. Придя 3 ноября 1941 года в Звенигород, Сергей Иванович доставил через фронт очень важные разведывательные новости.

     Лейтенант госбезопасности Сергей Иванович Солнцев направил начальнику Управления НКВД по Москве и Московской области Михаилу Ивановичу Журавлеву рапорт, доложив руководителю органов внутренних дел столичного региона о начавшем действовать в Рузском районе с 25 октября партизанском отряде под командованием капитана пограничных войск Гайдукова. Сергей Иванович проинформировал начальника УНКВД, что партизаны находятся в ранее намеченных базах, в отряде – партийный и советский актив района, труженики местных предприятий и работники органов внутренних дел.

     В штаб партизанского движения, а дальше – командованию Западного фронта поступило сообщение от комиссара Рузского отряда Сергея Солнцева о сосредоточении неприятельских сил вдоль основных дорог района: Руза – Михайловское, Волоколамское шоссе – деревни Ракитино и Рубышкино, Звенигородское шоссе – деревни Кривошеино и Опальшино. Руководитель разведки партизанского отряда сообщил, что на прилегающей к этим дорогам территории гитлеровцы сосредоточили до 50 тысяч солдат пехотных, артиллерийских и танковых частей. Расположившиеся в жилых домах деревень оккупанты днем охранения не выставляли, а ночью организовывали патрулирование танками. В партизанском сообщении указывалось, что информация о неприятеле также была передана командованию наших регулярных частей, воевавших на этом фронтовом участке.

     Проанализировав полученную информацию, советское армейское командование особое значение придало выясненным партизанской разведкой точным сведениям о том, что штабные структуры неприятеля расположились в районном центре Рузе и в деревне Вишенки. Через непродолжительное время была подготовлена крупная боевая операция: два батальона 144-й стрелковой дивизии вместе с группой рузских партизан совершили стремительный налет на Вишенки и полностью уничтожили обосновавшихся там вражеских стратегов – штаб одной из частей 87-й пехотной дивизии вермахта.

     Храбрый сотрудник госбезопасности Сергей Солнцев, который непосредственно с 25 октября 1941 года был комиссаром Рузского партизанского отряда и командовал его разведгруппой, участвовал в ряде успешных боевых действий. К середине последнего осеннего месяца сорок первого руководимые Сергеем Ивановичем разведчики добыли ценные сведения о сосредоточении оккупантов и их дальнейших планах наступления на Москву, и эта важная информация, своевременно переданная в штаб 144-й стрелковой дивизии, помогла красноармейцам дать новый отпор врагу. К слову, уточнить намерения гитлеровцев штабисты той же 144-й стрелковой дивизии смогли после того, как 13 ноября партизаны взяли в плен солдата 2-го батальона 187-го полка 87-й пехотной дивизии Фрица Хельбиха, а затем сумели через линию фронта переправить фашиста-«языка» красноармейскому командованию.

     В очередную разведывательно-наступательную вылазку возглавляемая Солнцевым большая группа его боевых товарищей отправилась всего через день после пленения солдата-германца Хельбиха. Кроме 80 партизан, на задание были посланы 10 конников разведывательной группы 5-й армии. Устроив засаду на дороге Голосово – Редькино, участники рейда напали на неприятельскую колонну.

     Завязался тяжелый бой, и в критический момент разгоревшегося сражения, когда гитлеровцы усилили натиск на один из флангов партизанского рейдового отряда, кадровый офицер госбезопасности Солнцев проявил твердость духа и решительность. Организовав контратаку, отважный комиссар внес перелом в ход боя и в итоге обеспечил успешное выполнение трудной боевой задачи. Гитлеровская колонна была разгромлена, и рузские партизаны и красноармейцы-конники захватили вражеское вооружение и другие военные трофеи.

     Держа в постоянном напряжении оккупантов, часть их сил партизаны-рузаки отвлекали на себя и тем самым способствовали более свободному тактическому и стратегическому маневрированию регулярных красноармейских подразделений. Подчиненные уважали своего партизанского комиссара за то, что он самоотверженно вел их за собой, проявляя личное мужество и смелость, демонстрировал непоколебимую веру в грядущую победу над немецко-фашистскими захватчиками и вселял уверенность в бойцов отряда в самых трудных ситуациях. А еще любили Сергея Ивановича за его непоказную общительность, душевность, отзывчивость и доброту.

     Двадцатого ноября близ деревни Андреевское Рузского района, обороняясь от нагрянувшего к расположению партизан крупного карательного отряда, комиссар Солнцев и его подопечные превратили в неприступную крепость одну из землянок. Однако, когда стали иссякать боеприпасы, раненый Сергей Иванович попросил зарядить ему револьвер и приказал подчиненным, с которыми отбил очередную неприятельскую атаку, отходить подальше в лес. Партизаны, не сумев переубедить комиссара, вынуждены были повиноваться. А сам Солнцев, получивший тяжелое ранение, еще продержался какое-то время в своем партизанском бастионе, пока совершенно обессилевшим не попал в руки карателей.

     Фашистские палачи подвергли комиссара нечеловеческим пыткам и, ничего не добившись от него, казнили стойкого патриота.

     Партизаны и подпольщики, которых не выдал замученный карателями комиссар Сергей Солнцев, продолжали действовать на Рузской земле, приближая день изгнания оккупантов из Подмосковья. И вскоре свершилось это долгожданное событие.

      «На зверства фашистов ответим яростной народной местью» – так назывался материал, напечатанный 20 января 1942 года в газете 5-й армии. В этом фронтовом издании был опубликован акт, подписанный партизаном Г. Загудаевым, красноармейцем А. Паршиковым и группой жителей Паньковского сельсовета Рузского района, которые в полукилометре к востоку от своей деревни Терехово после изгнания оккупантов нашли изуродованное тело С. Солнцева, повешенного карателями на придорожном дереве.

     Из направленного Наркому внутренних дел СССР представления начальника Рузского райотдела УНКВД по Москве и Московской области С. И. Солнцева к званию Героя Советского Союза:

      «20 ноября 1941 года немецкими оккупантами был зверски казнен начальник Рузского райотдела НКВД МО лейтенант госбезопасности тов. Солнцев Сергей Иванович, 1906 г. р., в органах с 1937 года. (В выпущенном в свет в Москве в 1988 году Военным издательством 2-м томе краткого биографического словаря «Герои Советского Союза» на 499-й странице указано, что С. И. Солнцев – старший лейтенант госбезопасности. – А. Т.)

     С занятием Рузского района немецкими войсками (октябрь 1941 г.) Солнцев являлся комиссаром партизанского отряда и руководил разведкой, а также разведывательной работой в районе. Данные о противнике, добываемые разведгруппой тов. Солнцева, широко использовались командованием Красной Армии.

     По этим данным, частями 144-й дивизии в деревне Вишенки был разгромлен штаб немецкой части. В деревне Горбово нашей авиацией и артиллерией было уничтожено 230 солдат и офицеров, 150 лошадей, много повозок, артиллерийская установка и два пулеметных гнезда. В деревне Богаево истреблено 130 солдат и офицеров, 65 лошадей.

     Всего разведгруппой тов. Солнцева в тылу противника произведено 18 глубоких разведок. После разгрома немцами штаба партизанского отряда тов. Солнцев был застигнут с группой партизан в одной из зeмлянoк у Глубокого озера. В завязавшейся перестрелке он был ранен и схвачен немцами. Несмотря на зверские пытки, – Солнцеву отрубили два пальца, прокололи штыком ногу, жгли огнем руки и ноги, скальпировали череп, – он не выдал военные и государственные тайны. После казни труп тов. Солнцева немцами был повешен на дереве.

     Прошу Вас выйти с ходатайством в Президиум Верховного Совета Союза ССР о присвоении тов. Солнцеву Сергею Ивановичу посмертно звания Героя Советского Союза.

     Начальник УНКВД г. Москвы и Московской области

     М. И. Журавлев».

     Указом Президиума Верховного Совета СССР от 11 марта 1942 года за отвагу и мужество, проявленные в партизанской борьбе в тылу врага против немецких захватчиков, Сергею Ивановичу Солнцеву посмертно было присвоено звание Героя Советского Союза. Ныне в Музее Московской областной милиции хранится скульптурный портрет Героя Советского Союза Сергея Солнцева, эта художественная работа выполнена Н. Н. Мухатаевой.

     А там, где самоотверженному офицеру госбезопасности суждено было принять последний бой с врагом, установили красногранитный обелиск. Надпись на памятнике-мемориале гласит, что здесь 20 ноября 1941 года был зверски замучен Герой Советского Союза начальник Рузского районного отдела НКВД Сергей Иванович Солнцев.


 

В АТАКУ ИДУТ ПАРТИЗАНЫ

     Надо напомнить, что директива Совнаркома СССР и Центрального комитета ВКП(б) от 29 июня 1941 года обязывала создавать в занятых врагом районах партизанские отряды и диверсионные группы для борьбы с частями вражеской армии.

     Боевая народная сила формировалась, как предписывалось распорядительным документом, для разжигания партизанской войны всюду и везде, для взрывов мостов и дорог, порчи телефонной и телеграфной связи, поджога складов и так далее, чтобы «в захваченных районах создавать невыносимые условия для врага и всех его пособников, преследовать и уничтожать их на каждом шагу, срывать все их мероприятия».

     В августе-сентябре 1941 годов сотрудники органов НКВД и милиции Московской области, под руководством райкомов партии, начали работу по устройству складов боеприпасов, продовольствия и медикаментов в лесах. При этом создание партизанских баз проводилось с соблюдением требований строжайшей секретности.

     Ночью спецгруппы НКВД по лесным дорогам завозили на будущие партизанские стоянки снаряжение и боеприпасы. Помимо подготовки мест дислокации, на карты наносились лесные тропы и разрабатывались точные маршруты движения партизанских отрядов.

     К октябрю сорок первого года на территории западных районов Подмосковья было создано всего около 100 баз партизанских отрядов. По окончании строительства землянок туда, на каждую базу, завезли продовольствие, боеприпасы, одежду, обувь, медикаменты и другое снаряжение, которое необходимо в боевых условиях. Особенно тщательно были подготовлены базы в Волоколамском, Осташевском и Лотошинском районах.

     О существовании каждой из баз поначалу знали только два человека – один на месте и другой в штабе партизанского движения. Одновременно с подготовкой материальной базы подбирались кадры партизанских отрядов, командирами которых были назначены многие начальники райотделов НКВД и милиции.

     В наиболее крупных партизанских отрядах ввели посты заместителей командиров по разведке. На эти должности утверждались оперативные работники НКВД и милиции.

     Фактически не было ни одного отряда, в котором бы ни сражались с оккупантами сотрудники милиции. А всего на территории Подмосковья действовал 41 партизанский отряд. Для руководства подпольной работой в тылу врага и партизанским движением в Московской области был создан специальный штаб в Москве, в состав которого вошли первый секретарь МК ВКП(б) А. С. Щербаков, секретари этого комитета партии Б. Н. Черноусов, С. Я. Яковлев, Н. П. Фирюбин, А. И. Максимов, П. А. Поздеев и начальник УНКВД М. И. Журавлев.

     За день до начала оккупации Угодско-Заводского района, 17 октября 1941 года, партизаны были на своих базах. Угодско-Заводским отрядом, в котором было пять десятков бойцов, командовал офицер-пограничник Виктор Александрович Карасев – уроженец Ельца.

     Управление НКВД получило сведения о том, что в селе Угодский Завод (впоследствии – село Жуково) обосновался штаб 12-го армейского корпуса и гарнизон немецко-фашистских войск. И руководством партизанского движения было принято решение о проведении операции по уничтожению вражеских штабистов.

     Согласно разработанному плану, партизаны под командованием Виктора Карасева должны были внезапно ворваться в село и разгромить штаб противника. Для оказания помощи Угодско-Заводскому отряду туда, в район предстоящей операции, УНКВД направило две вспомогательные группы под командованием опытных оперативных работников управления Д. К. Каверзнева и В. Н. Бабакина и Коломенский партизанский отряд, который доверили возглавить офицеру сил правопорядка – младшему лейтенанту милиции Н. В. Шивалину. А еще командование 17-й стрелковой дивизии выделило для участия в партизанской операции состоявший из двух взводов отряд красноармейцев во главе с капитаном Жабо. На него, капитана Жабо, и Виктора Карасева было возложено командование объединенными силами красноармейцев и партизан.

     Подразделения двинулись в поход, и впереди шли проводники-разведчики. В головной колонне были Карасев и бойцы его отряда.

     При подготовке нерядовой операции разведка партизанского отряда разгромила карательный отряд гестапо – гитлеровцы потеряли около сорока солдат и офицеров. Главное же, что разведка выяснила, что ночной покой у фашистов, «расквартировавшихся» в Угодском Заводе, наступает приблизительно в полночь. Вот почему было решено, что нападение на гарнизон неприятеля начнется 24 ноября в два часа ночи.

     Атаке должны были подвергнуться восемь наиболее важных объектов врага. Сводный отряд разделился на восемь групп, каждая из которых подчинялась специально назначенному командиру. И вот участники операции ринулись на противника.

     Перерезав более чем в десяти местах телефонную связь немецкого штаба с его частями, партизаны и красноармейцы обрушились на захватчиков. В результате стремительного натиска всех групп сводного отряда был разгромлен штаб корпуса немецко-фашистских войск и сожжено здание бывшего райисполкома, в котором второй этаж был деревянным. В этом здании нашли свою смерть многие вражеские солдаты и офицеры.

     Итог операции был очень впечатляющим: сводный отряд, разгромив неприятельский штаб, уничтожил и авторемонтную мастерскую, два склада с горючим (в одном находились 300 бочек, а в другом – большие цистерны), обоз с боеприпасами на дюжине повозок, конный двор с 50 лошадьми, продовольственный склад, 80 грузовых автомашин, 23 легковые машины, 4 танка, бронемашину, 5 мотоциклов, две пулеметные точки и истребил свыше 600 немецких солдат и офицеров, а также захватил важные документы противника. Помимо этого, на обратном пути, в лесу, партизаны и красноармейцы уничтожили две повозки с предназначавшимися фашистам почтой и посылками, а еще и пару автомашин с картофелем.

     Во время нападения на штабное расположение гитлеровцев погибли 18 партизан и 8 участников операции получили ранения. Командир отряда Виктор Карасев, поднявший в атаку своих подчиненных, в ходе боя был ранен.

     Выполнив боевую задачу, сводный отряд двинулся в обратный путь, который получился весьма нелегким. Участники партизанского рейда взяли продуктов на трое суток, а уже шел пятый день похода. Помимо всего прочего, было очень холодно, и бойцам приходилось отдыхать на мерзлой земле. А еще всех мучила сильная жажда, и ее приходилось утолять грязноватым снегом, которого даже в лесу было мало.

     У дороги Боево – Комарово партизаны встретили вражеский обоз, в котором оказались восьмеро немецких автоматчиков. Гитлеровцы открыли огонь, однако получили отпор. Бросив автомашину и четыре подводы, фашисты скрылись.

     Виктора Александровича Карасева, ослабевшего от большой потери крови, направили вперед с группой бойцов. Среди них был и Михаил Алексеевич Гурьянов – комиссар партизанского отряда, уроженец села Петровское ныне Истринского муниципального района Подмосковья. С 1938 года Михаил Алексеевич являлся председателем исполкома Угодско-Заводского райсовета депутатов трудящихся Московской области (теперь это Жуковский муниципальный район Калужской области).

     Оставалось еще восемь километров трудного пути, а силы у передовой группы участников похода были почти на исходе. И тогда Гурьянов решился свернуть в сторону – к покинутым партизанским землянкам, чтобы принести продукты для голодных товарищей. Его пытались отговорить, но комиссар не отказался от своего намерения и ушел в сторону законсервированной базы. Однако, как выяснилось позднее, Гурьянов попал в засаду, был ранен и схвачен карателями. Враги пытали пленного, но, не добившись от него никаких сведений о партизанах, повесили мужественного и стойкого комиссара-патриота. Михаилу Алексеевичу Гурьянову, который удостоился ордена Красного Знамени, 16 февраля 1942 года посмертно было присвоено звание Героя Советского Союза (с награждением орденом Ленина).

     Милиционер Величенков и врач Гусинский были активными участниками налета партизан на вражеский гарнизон в Угодском Заводе. К сожалению, во время отхода они были схвачены гитлеровцами, которые привели их в деревню Нижние Колодези. Фашисты подвергли партизан мучительным пыткам и повесили на березе у дороги, пересекающей сельский населенный пункт. Милиционеру Величенкову перед смертью фашисты-палачи отрезали язык и нос, содрали кожу на руках.

     Возвратившись в Угодский Завод, партизаны решили перенести останки боевых товарищей и похоронить в сквере в райцентре.

     Советское государство и Военный Совет Западного фронта высоко оценили операцию, проведенную партизанами и красноармейцами. Несколько десятков ее участников наградили орденами и медалями. Из Угодско-Заводского отряда одиннадцать партизан получили ордена и шестеро – медали. Командир отряда В. А. Карасев стал кавалером ордена Ленина, а партизаны Д. К. Каверзнев, В. Н. Бабакин, М. И. Конькова, А. Л. Васильев, Я. К. Исаев, В. И. Домашев и другие были награждены орденом Красного Знамени.

     После битвы за Москву капитан Виктор Карасев был командиром партизанского соединения имени Александра Невского. Партизанский вожак воевал на территории Белоруссии, Украины, Польши, Чехословакии и Венгрии, пройдя с боями по тылам врага от Подмосковья до Вены.

     С февраля сорок третьего майор госбезопасности Виктор Карасев командовал отрядом специального назначения «Олимп», который провел 130 операций, начиная с Белоруссии и заканчивая Венгрией. Этим фронтовым спецназом были пущены под откос 56 эшелонов, уничтожены 7 самолетов, 355 автомашин и танков, взорваны 27 мостов и 8 складов, разрушены более 5 километров железнодорожного полотна.

     В сентябре 1943 года группа Карасева участвовала в выдающейся ратной акции за линией фронта – так называемой Овручской операции. Установив и преследуя шпионско-террористическую группу противника, Карасев и его бойцы сумели уничтожить особо опасное вражеское подразделение. За этот боевой успех Виктору Карасеву вручили орден Красного Знамени.

     Вместе с прославленным советским разведчиком Николаем Ивановичем Кузнецовым, которому 5 ноября 1944 года посмертно было присвоено звание Героя Советского Союза, в тот же осенний день сорок четвертого стал кавалером медали «Золотая Звезда» и Виктор Александрович Карасев.

     Герой Советского Союза Виктор Карасев, окончивший в 1949 году Военную академию имени М. В. Фрунзе, работал в органах госбезопасности. Проживая в Москве, подполковник Карасев с 1950 года был в запасе. Кавалеру медали «Золотая Звезда» Виктору Александровичу Карасеву, награжденному двумя орденами Ленина, орденом Красного Знамени, орденом Отечественной войны I степени и иностранными орденами, были присвоены звания почетного гражданина городов Овруч (Житомирская область Украины), Елец и села Жуково Калужской области, а также ряда городов ПНР и ЧССР.

     Местом для создания основной базы Волоколамского партизанского отряда был избран лесной массив примерно в сорок километров длиной в в десять-двенадцать километров шириной, расположенный в северной части одноименного района Подмосковья. Причем, этот глухой лес находился на стыке четырех районов, включая Лотошинский и Высоковский.

     На месте расположения основной базы построили четыре жилые землянки, баню и столовую, в которой сложили русскую печь. Она нужна была, в первую очередь, для выпечки хлеба. Продуктами питания отряд был снабжен из расчета на шесть-восемь месяцев. Весь личный состав партизанского подразделения обеспечили теплой одеждой и валенками, а также одеялами и матрацами. На базу завезли радиоприемник, телефоны, ультракоротковолновый радиопередатчик армейского типа, пишущую машинку и тому подобное. А для того, чтобы в зимнюю пору партизанам легче было маскироваться во время выполнения боевых заданий, отряду доставили и партию белых халатов. Для более лучшей организации разведки и разработки маршрутов и планирования боевых операций в отряд направили Александра Дмитриевича Слепнева, который являлся начальником Волоколамского райотдела НКВД. Слепнев стал начальником штаба и разведки в партизанском отряде, в который добровольно шли сотрудники НКВД и милиции, тайно отправлявшиеся на его основную базу. Накануне оккупации Волоколамска были заминированы основные предприятия и здания города...

     Двадцать первое ноября 1941 года стало днем принятия Присяги в отряде. Уже за первые пять суток его боевой деятельности фашисты потеряли на лесных дорогах 14 автомашин с грузом, включая 4 штабных. На всех местных дорогах волоколамские партизаны делали минные поля, организовывали засады. Народные бойцы 15 декабря сорок первого взорвали мост на реке Сестра, который имел важное значение. Достаточно упомянуть, что было сорвано дальнейшее движение немецкой техники, и около 500 машин стали мишенью для сокрушительных атак нашей боевой авиации.

     Волоколамский партизанский отряд истребил свыше 300 оккупантов и уничтожил 46 автомашин, 11 автобусов, 3 автоцистерны с горючим, орудие, склад с боеприпасами, где хранились 350 тысяч патронов, 100 авиабомб, 300 снарядов и 30 ящиков с гранатами. Противник также лишился 5 тонн бензина и другого военного имущества.

     После соединения с частями Красной Армии партизанский отряд продолжал действовать, участвуя в успешном наступлении советских войск. За проявленную боевую доблесть многие волоколамские партизаны были отмечены орденами и медалями.

     Особым днем Великой Отечественной войны стало для местных жителей 20 декабря 1941-го, когда Красная Армия освободила город. Население Волоколамска и района радостно встретило вышедших из лесов партизан – отважных народных мстителей.

     Участник партизанского движения в Подмосковье Александр Слепнев, который перед началом войны окончил курсы Высшей школы Народного комиссариата внутренних дел СССР, начальником Волоколамского районного отдела НКВД был назначен в марте сорок первого года. Александр Дмитриевич осенью 1941-го активно участвовал в создании партизанского формирования на территории района. Работая в тесном контакте с разведуправлением 16-й армии, начальник Волоколамского райотдела НКВД успешно выполнял свою основную партизанскую задачу – руководил разведкой ближнего тыла.

     Перед уходом наших войск из Волоколамска начальник штаба партизанского отряда Александр Слепнев и десятеро подрывников, которые были в его распоряжении, взорвали все заминированные здания города. В январе 1942 года Александр Дмитриевич вошел в состав городского комитета обороны. Он был создан в Волоколамске как ближайшем прифронтовом городе. Слепнев возглавил работу по выявлению шпионов и диверсантов.

     В апреле сорок третьего года его перевели на службу в Белоруссию, где бойцы правопорядка проводили планомерную работу по ликвидации банд в очищенных от оккупантов районах. После освобождения Западной Белоруссии Александра Слепнева назначили начальником отдела по борьбе с бандитизмом. А в послевоенный период, до 1959 года, Александр Дмитриевич Слепнев возглавлял Ступинский отдел внутренних дел, и в звании подполковника милиции ушел на заслуженный отдых.

     Милицейскому руководителю-фронтовику Александру Слепневу были вручены орден Красного Знамени, орден Отечественной войны II степени, два ордена Красной Звезды, орден «Знак Почета», две медали «Партизану Отечественной войны» I степени, медаль «За боевые заслуги», медаль «За оборону Москвы» и медаль «За Победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.»

     Последние группы клинских партизан, которыми поручили командовать начальнику райотдела милиции Николаю Дмитриевичу Тихонову, уходили в лес 23 ноября 1941 года. Вместе с ними покинул город и Василий Кузьмич Садовников, который стал сотрудником Клинской милиции в июне сорок первого.

     С июля 1941 года Василий Садовников находился в Клинском истребительном батальоне НКВД, а затем был зачислен в партизанский отряд и являлся командиром милицейского взвода.

     Перед уходом из города Василий Кузьмич Садовников сумел вынести два Красных Знамени, которыми в 1929 и 1933 годах была награждена Клинская милиция.

     Клинский отряд собрался в лесном массиве, где была подготовлена партизанская база. Здесь народные мстители у развернутых Красных Знамен поклялись, не щадя жизни, биться с немецко-фашистскими захватчиками. Василий Садовников попросил командира партизанского отряда Николая Тихонова доверить ему на хранение алые полотнища.

     Не раз командир милицейского взвода вместе с товарищами уходил в разведку, участвовал в смелых операциях и направленных против врага диверсиях. Отправляясь на боевое задание, Василий Кузьмич прятал Красные Знамена на базе – обычно в овраге, под корнями деревьев.

     Во время переходов Клинского отряда Садовников носил стяги с собой. И всегда эти боевые святыни воодушевляли партизан на новые ратные отличия.

     Вскоре немецко-фашистские войска потерпели поражение под Москвой, и вместе с частями Красной Армии в Клин вошел и партизанский отряд. Вернулся в родной город и Василий Садовников, который в смертельно опасной боевой обстановке сохранил доверенные ему Красные Знамена и водрузил их на прежнее почетное место в райотделе.

     Василий Садовников, который в 1942 году был назначен оперуполномоченным по разрешительной системе, в дальнейшем работал старшим инспектором уголовного розыска Клинского ОВД. Майор милиции Василий Кузьмич Садовников, вышедший в отставку в 1972 году, был награжден несколькими медалями: «За боевые заслуги», «За оборону Москвы», «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.», «За доблестный труд в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.» и «В память 800-летия Москвы».

     В Осташевском районе были созданы три партизанских отряда, дислоцировавшихся на расстоянии восьми-десяти километров один от другого. Подпольный партийный комитет возглавлял и объединял борьбу партизан. Были организованы и две подпольные типографии: в одной из них печатали газету «Сталинский путь», а другую зарезервировали на случай провала первой.

     Осташевские партизаны действовали в тылу врага в течение 85 дней.

     Отряд И. Е. Шапошникова заминировал дорогу Осташево – Кузьминское. Две немецкие бронемашины и один штабной автомобиль, пытавшиеся обходным путем пробраться к Волоколамску, наехали на мины и подорвались.

     Гитлеровцам стало известно, что в деревне Каменки находится рейдовая группа конников из кавалерийского корпуса, которым командовал гвардии генерал-майор Лев Михайлович Доватор. Гвардейцы-кавалеристы пробрались во вражеский тыл, где проводили разведку. В немецком штабе решили направить 30 танков для окружения и захвата советских разведчиков-конников, но об этом замысле фашистов своевременно узнали осташевские партизаны.

     Отряду Шапошникова срочно отдали распоряжение связаться с конной разведкой кавалерийского корпуса генерала Доватора и предупредить ее о грозящей опасности, а также и принять контрмеры – заминировать все три дороги, ведущие к деревне Каменки. Партизаны выполнили боевую задачу, и три немецких танка подорвались сразу. А при попытке оставшихся на ходу гусеничных машин проехать по другим дорогам прогремели новые взрывы, и поредевшая танковая колонна неприятеля спешно повернула назад...

     Осташевский район очистили от захватчиков уже в первую военную зиму – 16 января сорок второго года. С сознанием исполненного долга перед Родиной возвратились в Осташево партизаны-храбрецы.

     За непродолжительное время отряды осташевских партизан, по неполным данным, истребили 535 фашистов и уничтожили базу с горючим, 2 пятитонные машины с горючим, 4 танка, 12 автобронемашин, 51 грузовую автомашину с боеприпасами и продовольствием, 8 легковых штабных автомобилей с вражескими офицерами, 11 мотоциклов, 4 орудия, одно из которых было дальнобойным. Осташевские народные мстители взорвали 5 мостов и 68 раз минировали дороги, по которым передвигались войска и техника противника, и 41 раз рвали его телефонно-телеграфную связь.

     За мужество и отвагу, проявленные в борьбе с немецко-фашистскими захватчиками, восемьдесят осташевских партизан удостоились советских орденов и медалей.

     Таким был вклад подмосковной боевой народной силы в Победу.


 

РЕЙДЫ ВОЗМЕЗДИЯ

     ...Молодой слесарь Виктор Колесов в Артамоновском трамвайном парке был далеко не на последнем счету. Работал парень не просто на совесть, а с каким-то непоказным упоением, словно разжигал у своих коллег трудовой азарт.

     Более степенные мужики-трудяги, глядя на неутомимого мастеровитого юношу-крепыша, которому пошел только восемнадцатый годок, добродушно посмеивались: ишь ты, хоть и молодо-зелено, но в нашем ремесле новичок толк уже знает, быть хлопцу, видно, у нас бригадиром. Сверстники же особенно ценили Виктора как за открытость характера и веселый нрав, так и за ту неистощимую энергию, которой от жизнерадостного богатыря словно заряжались окружающие люди.

     Правда, стать бригадиром Колесову было не суждено – он сделал другой выбор. Отработав пару лет в трамвайном парке, Виктор по собственной инициативе в 1932 году пожелал занять место в армейском строю. Мать Анна Григорьевна и отец Василий Яковлевич не стали препятствовать старшенькому и благословили его на ратную службу.

     На проводах родители изо всех сил крепились перед предстоящей разлукой с сыном, лишь покрасневшие глаза матери да здоровое покашливание отца выдавали волнение Анны Григорьевны и Василия Яковлевича. Видя их состояние, Виктор всячески старался приободрить своих родных: то любимую родительскую песню затягивал, то забавную историйку как бы между прочим припоминал... Младшие братишки Леня, Коля, Митя, Алеша и сестренка Оля заразительно смеялись, и вслед за детьми поневоле начинали улыбаться мать с отцом.

     К назначенному часу Колесов прибыл на сборный пункт – с этого времени для него жизнь-«гражданка», по сути, осталась в прошлом. Рослого добровольца, родившегося в 1913 году в Москве, определили в войска НКВД.

     Новобранец быстро привык к аскетичному казарменному быту, подружился с сослуживцами. Военное дело довольно легко давалось Колесову: в 1933 году он успешно окончил полковую школу младшего комсостава. Выпускник стал полноценным младшим командиром-кавалеристом.

     Вскоре основательная военная выучка пригодилась вчерашнему прилежному курсанту в реальной обстановке, далекой от всякой сентиментальности. Командира отделения Виктора Колесова в составе кавалерийского полка войск НКВД откомандировали в «горячий» регион Средней Азии – на борьбу с басмачеством.

     Оттуда, с Востока, Виктор Васильевич после боевого крещения послал домой сдержанную весточку: «Мама и папа и все мои родные! Все идет у меня хорошо. Дали коня по имени Терек. Теперь мы с ним вдвоем переносим стрельбу и жару. Тут, правда, меня царапнуло в ногу, но уже все зажило…»

     Командир отделения и его подчиненные воевали с бандами басмачей на туркменской территории, гонялись за ними по сыпучим пескам Кара-Кумов. Тяжеловато приходилось на Востоке всаднику-славянину, первому устремлявшемуся на верном быстроногом Тереке в атаку на коварного противника.

     Не раз и не два побывав в опасных переделках, в конце 1934 года Виктор Колесов демобилизовался. За многомесячную среднеазиатскую командировку он стал закаленным бойцом, и поэтому вовсе не случайно в январе 1935 года был назначен участковым инспектором 9-го отделения милиции Москвы. Через семь месяцев Виктор Васильевич опять стал курсантом – на сей раз он был зачислен в школу милиции старшего и среднего начальствующего состава. Бывший младший командир-кавалерист всерьез принялся за освоение профессии солдата правопорядка.

     Защищать людей от уголовников, обезвреживать преступников – призвание благородное. Это работа для настоящих мужчин, и именно ей решил посвятить свою жизнь Виктор Колесов.

     В апреле 1938 года ему было присвоено специальное звание – сержант милиции, достаточно престижное по тем временам. И должностной ранг Виктора Васильевича был соответствующим – оперуполномоченный столичного уголовного розыска.

     Сыщик, как говорится, с головой окунулся в оперативную текучку. Москвичам и гостям столицы досаждали, в основном, воры-«домушники» и жулики. Муровцы успешно боролись с доморощенными криминальными типами, нередко пресекали завуалированную противоправную деятельность и квалифицированных преступных групп. Виктор Колесов, о котором среди знавших его оперативников сложилось мнение как об отчаянно смелом милицейском работнике, прямо-таки рвался на рискованные операции-реализации.

     Боевой опыт, приобретенный в Средней Азии в ходе стычек с басмачами, помогал Колесову достойно выходить из самых непредвиденных нестандартных ситуаций при поимке преступников. Высокорослый и широкоплечий Виктор Васильевич, отличавшийся большой подвижностью и славившийся мертвой хваткой, при необходимости в физическом единоборстве мог в одиночку справиться сразу с несколькими правонарушителями. Благо, природа наделила его недюжинной силой да и регулярные занятия спортом не прошли даром.

     Между прочим, в послужной список Виктора Колесова внесли несколько поощрений как раз за его отменную физподготовку. В июле 1936 года милицейского работника наградили материальным призом – спортивным костюмом и тапочками: «за первенство по прыжкам в высоту и длину». Спустя неполных три месяца Виктору Васильевичу вручили грамоту и ценный подарок: «за достижение высоких технических результатов в летнем сезоне в обществе «Динамо». В апреле 1937 года Колесову, первому сдавшему нормы на значок ГТО 2-й степени, объявили благодарность. Еще одну благодарность, с выдачей трехсот рублей, сыщик заслужил в августе 1940 года: «за лучшие показатели в соревновании по легкой атлетике».

     Московский уголовный розыск целенаправленно очищал столицу от дерзких преступников. Так, в конце 1940 года тяжелая криминогенная обстановка сложилась в районе знаменитой московской Марьиной рощи. Там вовсю орудовала вооруженная шайка, наводившая страх на местных жителей. Для муровцев было делом чести ликвидировать эту преступную группу: во-первых, следовало как можно скорее успокоить перепуганных москвичей и, во-вторых, только таким образом оперативники могли прекратить досужие пересуды обывателей.

     Сыщики выяснили, что главарем шайки является некто Шибаев по кличке Кот. Муровцы шли по следам уголовников, но все никак не могли выявить их логово.

     Наконец, около полуночи на столичную Петровку, 38, поступила информация, что преступники собрались в одном домике на поздние разгульные посиделки. Начальнику МУРа Касриелю Рудину об этом тут же доложил его заместитель Семен Дегтярев и получил приказ захватить разыскиваемых.

     – Можно мне с вами, Семен Григорьевич? – вызвался комсорг МУРа Колесов.

     – Собирайся! – коротко бросил Дегтярев.

     Опергруппа, в которую, помимо Семена Григорьевича и Виктора Васильевича, вошли еще два сотрудника, скрытно подобралась к притону. В помещении-«малине» шло безудержное веселье: вероятно, сообщники праздновали очередное дельце, которое для них удачно выгорело. Трезвых уголовников задержать зачастую гораздо проще, нежели пьяную криминальную компанию. Мало ли, увидев оперативников, преступники могли пустить в ход оружие. Так что вежливо стучаться в дверь притона сыщикам явно не было никакого резона.

     Дегтярев обернулся к Колесову, а тот ему на свое плечо показывает: мол, воспользуемся-ка отработанным способом проникновения в запертый притон преступников. Семен Григорьевич согласно кивнул головой: дескать, действуй – иного выхода нет.

     Виктор Васильевич примерился и вышиб дверь резким движением плеча. Опергруппа влетела в помещение и обезоружила хмельных соучастников, даже не успевших прийти в себя. Население Марьиной рощи снова зажило спокойной, размеренной жизнью.

     Окончание зимы и весна 1941 года пролетели незаметно. Виктора Колесова послали в командировку, из которой он вернулся во второй половине июня.

     Служебная поездка была довольно утомительной, и начальство предоставило ему возможность немного отдохнуть, чтобы сыщик вошел в привычный ритм работы посвежевшим, бодрым.

     Утром 22 июня сорок первого семья Колесовых готовилась к загородному путешествию: Виктору Васильевичу хотелось вместе с женой Валентиной и дочками Галей и Ритой побыть на природе и, отойдя от столичной суеты, полюбоваться цветущей летней красотой родной земли. Однако в полдень по радио передали о вероломном нападении фашистской Германии на нашу страну, и комсорг МУРа поспешил на Петровку.

     Колесов подал рапорт с просьбой отправить на фронт. Но, как и многие муровцы, получил неопределенный ответ, что нужно пока повременить: дескать, действующая армия в настоящий момент полностью укомплектована кадровыми военными. И в качестве последнего неотразимого довода милицейское начальство ссылалось на то, что негоже им, оперативникам, о внутреннем фронте забывать: кто-кто, а они-то должны были осознавать, как в эти тревожные дни важно в столичном регионе обуздать преступников и правонарушителей.

     На ежедневных оперативных совещаниях в МУРе сообщалось о преступлениях, зарегистрированных в городе за минувшие сутки. Заметной стала тенденция роста краж из опустевших квартир, хозяева которых ушли на фронт, участились и грабежи. Даже было совершено при неизвестных обстоятельствах убийство военнослужащего: безусловно, когда шли первые дни Великой Отечественной войны, это тяжкое преступление представлялось не только очень дерзким, но и крайне вызывающим. К его раскрытию незамедлительно подключились наиболее опытные сыщики.

     Начальник МУРа Касриель Менделевич Рудин лично попросил комсорга Виктора Васильевича Колесова позаботиться о создании среди молодых оперативников самого боевого настроя, чтобы каждый из них проникся непреложной истиной: обеспечение надежного правопорядка в Москве – задача государственной важности. Само собой подразумевалось, что без крепкого тыла нельзя надеяться на крупные успехи на передовой.

     К поручению Виктор Васильевич отнесся ответственно, стремился и сам работать так, как того требовало военное время. Вместе с тем вожак муровской молодежи по-прежнему оставался внимательным и отзывчивым человеком.

     Как-то он заметил, что почему-то пригорюнилась техническая работница А. Скромнова. Колесов поинтересовался :

     – Что случилось?

     Скромнова поначалу не хотела рассказывать о своей беде, а потом все же поведала, в какой нелегкий жизненный переплет угодила:

     – Я потеряла свои хлебные карточки, и теперь ума не приложу, что делать…

     Виктор Васильевич, сочувственно покачав головой, отошел от незадачливой техработницы. Вряд ли она ожидала, что после этого мимолетного разговора Колесов примет участие в ее судьбе. Однако сержант милиции разыскал Скромнову и, протянув ей карточки на хлеб, пояснил:

     – Моя семья решила поделиться с вами…

     Столица готовилась к отражению воздушных налетов противника. Муровцы, наряду с исполнением чисто служебных обязанностей, на учениях отрабатывали тактику действий по сигналу «Воздушная тревога». Эти навыки пригодились Виктору Васильевичу и его сослуживцам в ночь на 22 июля, когда Москва впервые была подвергнута атаке с воздуха.

     Тогда, а также и в ходе последующих налетов вражеской авиации на столицу, когда объявлялась общегородская воздушная тревога, муровцы самоотверженно действовали на закрепленных объектах. Виктор Колесов своевременно выдвигал молодежь на те участки, где возникала грозная пожароопасная ситуация. Причем, комсорг и сам тушил «зажигалки», участвовал наравне с другими в локализации очагов горения.

     Двадцать седьмого августа 1941 года старшему оперуполномоченному Московского уголовного розыска Виктору Васильевичу Колесову объявили благодарность за боевое совместительство. В приказе лаконично были сформулированы заслуги сержанта милиции: «За отличное проведение мероприятий по ликвидации последствий налетов вражеских самолетов, за умелое руководство и организацию борьбы с зажигательными бомбами и пожарами и проявленное при этом мужество и находчивость…»

     В начале первой военной осени дошла очередь и непосредственно сотрудникам Московского уголовного розыска вступить в сражение с оккупантами. Итак, в сентябре 1941 года комсорга и других физически хорошо подготовленных оперативников пригласили в кабинет к начальнику МУРа. Кстати будет сказать, Касриель Рудин в гражданскую войну являлся помощником командира пулеметной роты и в одном из сражений осколками снаряда был тяжело ранен в голову и потерял три пальца на правой руке. В течение девятнадцати лет, с 1921 года, Касриель Менделевич проработал в уголовном розыске Витебска, Симферополя, Саратова и Рязани и был награжден именным пистолетом «за беспощадную борьбу с бандитизмом». Возглавив в конце тридцать девятого МУР, кавалер ордена Красной Звезды Касриель Рудин уже в следующем году за ликвидацию нескольких опаснейших преступных групп в Москве удостоился еще одного высокого государственного знака отличия. Руководитель столичного угрозыска получил орден «Знак Почета», что для наградной практики тех лет было довольно редким фактом. Следует упомянуть и о том, что всего через несколько лет, в марте 1943 года, Президиум Верховного Совета СССР присвоил начальнику МУРа майору К. М. Рудину звание комиссара милиции 3-го ранга (равнозначное званиию генерал-майора), минуя два «промежуточных» очередных звания – подполковника и полковника. В конце того же года комиссара милиции 3-го ранга Рудина освободили от занимаемого служебного поста и направили в Астрахань на должность начальника Управления милиции, но вскоре по состоянию здоровья отозвали из этого города в Москву и назначили руководителем отделения по особым поручениям при Главном управлении милиции СССР. Почетный чекист Касриель Менделевич Рудин, награжденный орденом Ленина, орденом Красного Знамени, орденом «Знак Почета», орденом Красной Звезды и медалью «За оборону Москвы», умер 8 апреля 1945 года на сорок восьмом году жизни и был похоронен на Новодевичьем кладбище в Моске. Брат Касриеля Рудина, Яков, перед Великой Отечественной войной трудился начальником паспортного стола Управления милиции Керчи и с оружием в руках погиб при обороне города. Участником Великой Отечественной был и сын муровского руководителя-орденоносца – Борис Касриелевич Рудин, который после войны возвратился в Москву...

     ...Начальник МУРа Касриель Рудин оглядел собравшихся и неожиданно поинтересовался:

     – Кто из вас хорошо знает те места, где сейчас ведутся бои с врагами?

     Столичные сыщики о Рузском и Ново-Петровском районах представление имели неплохое, многие из них бывали там по служебным делам. И поэтому почти все присутствующие подняли руки. После «разведывательного» вопроса начальник МУРа продолжил:

     – Из оперативных работников Московской милиции создается партизанская группа для действий в тылу врага. Руководство решило назначить командиром отряда сержанта милиции Виктора Колесова, комиссаром – оперуполномоченного Михаила Немцова.

     ...Гитлеровцы рвались к Москве, и сложившаяся тяжелейшая обстановка на подступах к столице требовала принятия экстраординарных мер для остановления дальнейшего продвижения противника. Свою локальную боевую задачу предстояло выполнить и небольшому партизанскому отряду под командованием Виктора Колесова.

     Всего через несколько дней после памятного организационного собрания в кабинете начальника МУРа от здания Петровки, 38, отъехал служебный автобус, в котором сидели тридцать бывалых оперативников. В прифронтовой зоне, где заканчивался маршрут спецрейса, автобус с муровцами встретил провожатый 16-й армии.

     Отряд дальше двинулся пешком – навстречу канонаде. Казалось, что сильные порывы ветра – это отзвук стрельбы тяжелых орудий. Перейдя линию фронта в районе Волоколамского шоссе, отряд проследовал за Истру. Из леса, в котором по-походному расположились оперативники-партизаны, было, что называется, рукой подать до вражеского тыла.

     Рейды возмездия – так назвали муровцы свои боевые вылазки. После молниеносной операции рейдовая группа, по заранее условленному знаку, возвращалась на свою базу.

     Командир держался молодцом, даже после долгого перехода старался на привале поднять настроение у вымотавшихся подчиненных. И это удавалось старшему оперуполномоченному. Когда Виктор Васильевич, обладавший на редкость приятным звучным голосом, затягивал «Спят курганы темные», то милицейские работники замолкали и, затаив дыхание, слушали в исполнении командира этот истинно народный песенный шедевр.

     В середине ноября 1941 года партизанский отряд приблизился к населенному пункту, который был занят оккупантами. Притаившись за мохнатыми ветвями сосен и елей, муровцы наблюдали за ближайшими домами.

     Приметив в лесу старика, собиравшего хворост, партизаны тихонько окликнули здешнего жителя. Поняв, что перед ним свои, мужчина лет семидесяти перекрестился и облегченно вздохнул.

     – Как живете, отец? – уважительно обратился к почтенному незнакомцу Колесов.

     – Да какая у нас под ненавистным немцем может быть жизнь! – махнув рукой, уныло откликнулся старик. – Двое суток назад фашисты-супостаты повесили председателя колхозы и директора совхоза, а окоченевшие трупы снять не дают – грозят расстрелом на месте, если кто из жителей посмеет это сделать.

     – Мы им, гадам, покажем, как издеваться над русскими людьми! – гневно воскликнул командир отряда.

     В полночь партизаны подобрались к деревенской околице, боец Иван Свидетелев подкрался к охранявшему немецкий штаб часовому и бесшумно снял его. Командир Колесов и боец Гуреев бросили в окна дома по гранате. Прошли какие-то считанные мгновения, и Виктор Васильевич вдобавок «попотчевал» оккупантов бутылкой с горючей смесью.

     Штабной дом вспыхнул, и из окон стали в панике выпрыгивать гитлеровцы. Пулеметчик Петр Катин начал поливать захватчиков свинцом, выпуская прицельные очереди. Вдруг где-то в стороне заработали моторы, и в сторону горящего немецкого штаба поехали вражеские танки.

     – Я принимаю бой! Отходите мелкими группами! Сбор в лесу!.. На северной стороне! – строча из ППШ, четко скомандовал Колесов.

     Увы, бойцы так и не дождались командира отряда. Прикрывая отход рейдовой группы, Виктор Васильевич Колесов погиб. Случилось это горестное событие 16 ноября 1941 года…

     В личном деле сержанта милиции появилась знаменательная запись: «Исключен, как не возвратившийся из спецкомандировки». За свой подвиг Виктор Васильевич Колесов посмертно был удостоен высокой ратной награды – ордена Красного Знамени.

     На алтарь Великой Победы принесли свои жизни и три брата геройски погибшего командира партизанского отряда. Старшего лейтенанта Леонида Колесова, окончившего летное училище, смерть подстерегла в январе 1942 года под Севастополем. Не воспользовавшись бронью, ушел в действующую армию артиллеристом Николай Колесов: младший лейтенант погиб в Белоруссии в декабрьский рассвет 1943 года. Под Кенигсбергом сложил свою голову Дмитрий Колесов, трижды до этого возвращавшийся в солдатский строй после ранений.

     В долгу перед павшими братьями чувствовал себя Алексей Колесов, писавший одно заявление за другим об отправке на фронт. Однако пятого Колесова словно уберег ангел-хранитель: нашу страну всколыхнула долгожданная радостная весть о Победе.


 

ПОСЛЕСЛОВИЕ

     Славную солдатскую мать Анну Григорьевну Колесову, в прошлом – костромскую крестьянку, в какой-то мере утешало то, что новое поколение муровцев сберегло память об ее старшем сыне. В вестибюле Главного управления внутренних дел города Москвы открыли мемориальную доску, на которой было высечено и имя старшего оперуполномоченного МУРа Виктора Колесова.

     В 1975 году, когда страна праздновала тридцатилетний юбилей Великой Победы, отдало должное погибшему сержанту милиции Виктору Васильевичу Колесову и Министерство внутренних дел Советского Союза, навечно зачислившее командира партизанского отряда в списки личного состава МУРа:

      «Оперуполномоченный Московского уголовного розыска сержант милиции Колесов В. В. состоял на службе в органах внутренних дел с 1935 года, вел активную борьбу с преступностью, был добросовестным сотрудником милиции, являлся секретарем комитета комсомола МУРа.

     В 1941 году во время боев с фашистскими захватчиками под Москвой В. В. Колесов был назначен командиром партизанского отряда и действовал со своими бойцами в тылу врага на Истринском направлении.

     16 ноября 1941 года после проведения операции, прикрывая отход своего отряда, В.В. Колесов, проявив мужество и отвагу в бою с фашистами, пал смертью храбрых.

     Приказом командующего Западным фронтом от 11 января 1942 года (№ 024) В.В. Колесов награжден посмертно орденом Красного Знамени.

     ПРИКАЗЫВАЮ:

     Сержанта милиции Колесова Виктора Васильевича, погибшего в борьбе против фашистских захватчиков в период Великой Отечественной войны, зачислить навечно в списки личного состава Управления уголовного розыска ГУВД Московского горисполкома».

      (Из приказа Министра внутренних дел СССР, 3 июля 1975 года, № 360 – по личному составу).

     И очень символично, что по стопам отца-героя пошла младшая дочь Маргарита Колесова. Она тоже избрала себе в удел милицейскую службу, хотя и пришла не в угрозыск, а в паспортный отдел города.

     …Говорят, что смерть выбирает лучших. Старшему оперативному уполномоченному МУРа Виктору Колесову судьба отмерила лишь двадцать восемь лет жизни. И всё-таки судьба подарила сержанту милиции не только двадцать восемь лет жизни, но и бессмертие!

     В Москве есть улица Зои и Александра Космодемьянских – сестры-партизанки и брата-фронтовика, геройски погибших во время Великой Отечественной войны и посмертно удостоившихся медали «Золотая Звезда». Их отец умер в 1933 году, и на воспитании матери Любови Космодемьянской остались старшая дочь Зоя и сын Александр.

     Зоя Анатольевна Космодемьянская родилась 13 сентября 1923-го в селе Осино-Гай Гавриловского уезда Тамбовской области в семье служащего, переехавшей в следующем году в Москву. Комсомолка Зоя Космодемьянская, которая окончила 9 классов столичной школы № 201, в октябре 1941 года добровольно вступила в специальный партизанский отряд, дейстовавший на Можайском направлении по заданию штаба Западного фронта. Девушка-партизанка дважды направлялась в тыл противника.

     Александр Анатольевич Космодемьянский родился в том же тамбовском селе 27 июля 1925 года и, окончив 10 классов, с сорок второго служил в Красной Армии.

     О доблестно-трагичной судьбе Зои Космодемьянской страна узнала из статьи Петра Лидова «Таня» – эта публикация появилась в газете «Правда» в номере за 27 января 1942 года. Случайно услышав о казни партизанки в подмосковном Петрищеве от очевидца – пожилого крестьянина, Петр Лидов в этом селе расспросил местных жителей и на основе их рассказов о мужестве незнакомой девушки-партизанки подготовил о ней яркий публицистический материал. А вскоре личность погибшей патриотки установили, и «Правда» сообщила об этом в опубликованной 18 февраля сорок второго новой статье Петра Лидова – «Кто была Таня».

     Как выяснилось, «Таней» оказалась Зоя Космодемьянская, которую в конце ноября 1941 года при выполнении второго боевого задания в районе деревни Петрищево Рузского района Московской области схватили оккупанты. Несмотря на жестокие пытки, отважная и стойкая партизанка не выдала военной тайны и не назвала врагам своего имени. Фашисты 29 ноября сорок первого повесили Зою Космодемьянскую, и сделавший кадры казни партизанки гитлеровец позже был уничтожен. А тело погибшей народной защитницы, которое около месяца провисело на виселице и неоднократно подвергалось надругательствам со стороны проходивших через деревню немецких солдат, было похоронено местными жителями за околицей деревни Петрищево.

     Зое Анатольевне Космодемьянской 16 февраля 1942 года посмертно было присвоено звание Героя Советского Союза. Преданность Родине, мужество и самоотверженность, проявленные Героиней-партизанкой, стали для советских людей вдохновляющим примером в борьбе с врагом.

     Впоследствии Зоя Космодемьянская была перезахоронена на Новодевичьем кладбище в Москве.

     Памятники в честь Героя Советского Союза Зои Космодемьянской установлены на Минском шоссе близ деревни Петрищево и на платформе станции столичного метро «Партизанская» (ранее – «Измайловский парк»), в Московском парке Победы в Санкт-Петербурге, в сквере на углу улиц Олеся Гончара и Богдана Хмельницкого в Киеве, в «Сквере Победы» в Харькове, в Тамбове и других городах и сельских населенных пунктах. Кстати сказать, в Саратове и Рыбинске памятники Героине находятся на улицах, названных ее именем. В 201-й школе Москвы и в школе родного села легендарной партизанки Великой Отечественной войны открыли музеи, посвященные Герою Советского Союза Зое Космодемьянской. Это славное имя получили школы, судно Министерства морского флота нашей страны, танкер и астероид.

     Став в сорок третьем выпускником Ульяновского военного танкового училища, Александр Космодемьянский в октябре того же года был направлен в действующую армию.

     Гвардии старший лейтенант Александр Космодемьянский, командир самоходной установки 350-го гвардейского тяжелого самоходного артиллерийского полка (43-й армии 3-го Белорусского фронта), под огнем противника 6 апреля сорок пятого года преодолел в городе Кенигсберг (ныне – Калининград) канал Ландграбен и уничтожил артиллерийскую батарею, склад боеприпасов и много гитлеровцев. За смелость и находчивость, проявленные в бою, был отмечен фронтовым руководством и назначен командиром батареи СУ-152.

     В другом бою, который произошел 8 апреля 1945 года в районе северо-западнее Кенигсберга, батарея гвардии старшего лейтенанта Космодемьянского первой ворвалась в форт, нанеся значительный урон неприятелю.

     Отважный офицер через несколько дней, 13 апреля сорок пятого года, погиб при штурме населенного пункта Фирбруденкруг на Земландском полуострове (северо-западнее нынешнего Калининграда).

     Гвардии старший лейтенант Александр Анатольевич Космодемьянский 29 июня 1945 года посмертно удостоился присвоения звания Героя Советского Союза.

     Кавалера медали «Золотая Звезда» Александра Космодемьянского, награжденного орденом Ленина и орденом Отечественной войны I и II степеней, похоронили на Новодевьем кладбище в столице – рядом с могилой Героини-сестры.

     В честь Героя Советского Союза Александра Космодемьянского были названы поселок на окраине Калининграда и малая планета «Шура», открытая 30 августа 1970 года в Крымской астрофизической обсерватории. В Калининграде установлен бюст Героя, а на 14-м километре шоссе Калининград – Балтийск, на месте гибели фронтового офицера-гвардейца, был сооружен мемориал.

     Матвей Кузьмич Кузьмин, родившийся в 1858 году в деревне Куракино ныне Великолукского муниципального района Псковской области в семье крепостного крестьянина, в советское время работал сторожем в местном колхозе «Рассвет». Словно по-былинному статного русского человека Матвея Кузьмина, уже многое повидавшего и пережившего на своем долгом и крайне трудном веку – в период буквально планетарных эпохальных исторических перемен и потрясений, и его домочадцев Великая Отечественная война застала на родной земле.

     В ночь на 14 февраля 1942 года Матвея Кузьмича и его сына схватили фашисты. Оккупанты потребовали от старика-отца, чтобы он указал им путь в тыл позиций советских войск на Малкинских высотах, находящихся в шести километрах юго-восточнее города Великие Луки.

     Под угрозой жестокой смерти Кузьмин сделал вид, что якобы согласен быть проводником. Однако через сына Матвей Кузьмич предупредил нашу часть о появлении врага и к утру вывел фашистский отряд к деревне Малкино – прямо под огонь советских воинов.

     Благодаря поразительнейшему мужеству и самоотверженности народного героя, вражеское подразделение было уничтожено. Выполнив свой патриотический долг и повторив легендарнейший подвиг Ивана Сусанина, великий духом и отважнейшей уроженец славной Псковщины Матвей Кузьмин погиб от рук гитлеровцев.

     За этот величественный подвиг Матвею Кузьмичу Кузьмину 8 мая 1965 года посмертно было присвоено звание Героя Советского Союза.

     Кавалер медали «Золотая Звезда» Матвей Кузьмин, награжденный орденом Ленина, похоронен на военном кладбище в Великих Луках.

     На могиле Героя и на столичной метрополитеновской станции «Партизанская» установлены памятники, а на месте подвига Матвея Кузьмича Кузьмина – обелиск. В городе Великие Луки именем Героя Советского Союза Матвея Кузьмина были названы улица и школа.

     Песня «Самый главный день» на слова Михаила Ножкина написана «в память павших, во славу живых!» О тех, кто четыре тяжелейших года войны, не жалея себя, бился с врагом, чтобы в нашей стране был этот великий праздник – День Победы:

     ...Они исполнили солдатский долг суровый

     И до конца остались Родине верны.

     И мы в историю заглядываем снова,

     Чтоб день сегодняшний измерить днем войны...

     Приближая Победу, уходили в вечность самоотверженные защитники огромной советской страны – храбро воевавшие с врагом воины, партизаны, бойцы-истребители и мужественно работавшие в прифронтовой полосе доблестные труженики тыла... Такая великая боевая народная сила – непобедима!


 

® Федеральный журнал «СЕНАТОР». Cвидетельство №014633 Комитета РФ по печати (1996).
Учредители: ЗАО Издательство «ИНТЕРПРЕССА» (Москва); Администрация Тюменской области.
Тираж — 20 000 экз., объем — 200 полос. Полиграфия: EU (Finland).
Телефон редакции: +7 (495) 764-49-43. E-mail: senatmedia@yahoo.com.


© 1996-2017 — В с е   п р а в а   з а щ и щ е н ы   и   о х р а н я ю т с я   з а к о н о м   РФ.
Мнение авторов необязательно совпадает с мнением редакции. Перепечатка материалов и их использование в любой форме обязательно с разрешения редакции со ссылкой на журнал «СЕНАТОР» ИД «ИНТЕРПРЕССА». Редакция не отвечает на письма и не вступает в переписку.